Воспоминания о Совке. Важнейшее из искусств

Воспоминания о Совке. Важнейшее из искусств

Какое из искусств для нас важнейшее, знал, наверное, каждый гражданин СССР. Нет, ну может не совсем каждый. Может быть у мелиораторов Средней Азии или чабанов предгорий Кавказа на этот счёт были собственные теории, но, во всяком случае, основная масса русскоязычного населения городов на этот счёт была едина во мнении с Основателем Первого в Мире. Поэтому я позволю себе ещё немного порассуждать об этом важнейшем советском искусстве.

Сегодня общим местом в дискуссиях о синематографе является весьма экзальтированное утверждение: «Советские фильмы были очень хорошими, не то что сегодня». Во всяком случае, именно в таком решительном тоне принято делать заявления в среде офисных романтиков лёгкой маразматичной направленности, известных в простонародье, как «совки вульгарные прямоходящие». Впрочем, далеко не только совки считают, что советский человек, благодаря «светлому советскому кинематографу», в общем и целом мог отдохнуть душой на киносеансе.

Ну по поводу «светлого советского кино» я готов и поспорить. Фильмы вроде «В огне брода нет», «Горячий снег», «Они сражались за Родину» светлыми назвать можно лишь с натяжкой. Я уж не говорю про «Иди и смотри». Да и в невоенном кино были разные варианты. Например, просмотр в 1982 году советского фильма «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты», несмотря на очень хорошую музыку, произвело на меня угнетающее впечатление. Или, допустим, фильм «Чучело» – мрак и депресняк. А, например, если вспомнить фильм «Белый Бим, чёрное ухо», который я посмотрел один раз в жизни в кинотеатре «Октябрь» в возрасте 12 лет и вышел с сеанса весь зарёванный, то с тех пор я этот фильм не смотрел ни разу и не посмотрю даже под угрозой пистолета, а если иной раз случайно нарвусь на него по телевизору, то тут же в ужасе переключаю канал.

Ну а что до утверждения «все советские фильмы были хорошими», то тоже, извиняюсь, сильно не соглашусь. Хорошие были конечно, и не мало. Но ещё больше было посредственного проходного дерьма «для идеологической галочки». Ну навскидку могу вспомнить, например, фильм «Премия». Который в своё время очень пропагандировали в советской печати, но на который советских людей водили под конвоем автоматчиков. Шучу. Под конвоем не водили конечно. Но добровольно на это Г. ходить, тоже желающих находилось не много. Поэтому на этот фильм ходили чуть ли не по комсомольской путёвке. Ну или ещё могу вспомнить фильм «Очень важная персона» – запредельный [sensored] на производственную тему с Юрием Назаровым в главной роли. Ну это так, что на ум приходит, а большинство этого гумна просто не запомнилось.

Но ладно, я сейчас не критиковать советский кинематограф буду. Пустое это. Я немного про другое. Не про советский кинематограф, а про советский кинопрокат. Который порой начисто зачёркивал достижения советского кинематографа. Вот это утверждение: «В СССР было снято очень много хороших картин» – оно по сути верное. В самом деле в СССР было снято много хороших фильмов. И в тоже время это утверждение создаёт превратное представление о духовной жизни советских любителей кино. В самом деле, кинофильмов-то было снято много, да вот только ответьте мне на такой вопрос: а где советский человек мог посмотреть все эти хорошие советские кинофильмы?

Ну, допустим, любимый всеми фильм «Иван Васильевич меняет профессию» был снят в 1973 году и его посмотрели в том году миллионы зрителей. А в следующем году? А в следующем – всё, никто не посмотрел. Почему? Да потому что где его смотреть? Советский кинопрокат был устроен очень любопытно. Например, снимают новый фильм. Предположим, его принимают и запускают в тираж. И он выходит на экраны. Ну взять того же «Ивана Васильевича». Фильм отличный. И наверное он не только отбил все деньги, но и прибыли принёс изрядно. Однако после нескольких месяцев проката, фильм с дальнейшего проката снимался. И всё. Более этот фильм можно было увидеть только раз в год по телевизору. А иные фильмы даже и не раз в год, а раз в пятилетку. Ну а иные фильмы и вообще по телевизору не показывали, а просто ложились на полку в архив. То есть фильм вроде и есть, а вроде его и нету. И остаётся он только в памяти народной.

Нет, реально. Песню «прощание Ванюши» из кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию» я учил каждый год летом в пионерлагере для смотра песни и строя. И до сих пор помню эту песню наизусть и хоть сейчас могу браво пройтись по плацу и проорать дурным голосом «Маруся молчит и слёзы льёт, от грусти болит душа её. Кап-кап-кап из ясных глаз Маруси капают слёзы на копьё» так, что со всего района народ сбежится, как на стихийное бедствие. Учить-то учил, а фильм смотрел только в детстве. А потом я его увидел только уже в эпоху видеомагнитофонов.

Или, например, возьмём такие комедии 60-х, как «Зигзаг удачи» или «33». Я про них слышал в детстве от взрослых. А посмотрел, опять же, только в эпоху проклятой демократии. Почему? Да потому что не показывали в советских кинотеатрах в 70-х годах этих фильмов. И тоже самое было с другими фильмами. Были редкие исключения в виде наличия, например, в Москве, кинотеатра «Повторного фильма», в котором показывали иной раз старые советские фильмы. Но чаще всё-таки там шли старые иностранные. Очень редко в периферийных кинотеатрах могли единственным сеансом показать какой-нибудь хороший старый фильм – для плана. Но это было исключением, а не правилом.

Поэтому и получалось, что несмотря на огромное количество снятых фильмов, в том числе и очень хороших фильмов, советский зритель всегда испытывал в области кино острое голодание. В каждом кинотеатре план сеансов составлялся на неделю. И каждый новый понедельник в каждом кинотеатре появлялся новый фильм (а иногда два или три). Казалось бы – не так уж и уныло, всё-таки хоть какая-то ротация. Однако, увы, в целом в городе шло зараз пять-шесть фильмов. Если было подойти к афише кинотеатров Москвы и начать её изучать, то любой очень быстро убеждался, что практически во всех кинотеатрах шли, собственно, одни и те же фильмы. Хорошо, когда выходил какой-нибудь новый фильм Бельмондо или типа того, или Гайдая. Но, увы, это было очень не часто. А чаще всего неделями в афише торчали только какие-то совершенно унылые совдеповские фильмы «на производственную тему». И на такую дрянь люди тоже ходили. А что делать? Например, собралась семья в выходные в кино. А в кино – «Очень важная персона», «Чучело» и какой-нибудь фильм из соцстраны про тамошние проблемы. Ну и куда идти? Да абы куда, всё-таки – кино. Поэтому когда в прокат выходили фильмы именитых режиссёров (типа того же Гайдая) или французские (про фильмы США я уже даже не говорю) – это было просто пиршество духа и народ яростно ломился на эти фильмы.

Или такая детская ерунда, как мультики. Помню, вышел в прокат польский полнометражный мульт «Болек и Лёлик». Короткометражные мультфильмы этой серии показывали иногда по телевизору в воскресенье. А полнометражный мультфильм – это была бомба. Конечно же мы с другом заранее купили билеты. Что значит заранее? Ну едешь в кинотеатр и покупаешь назавтра, потому что знаешь, что завтра купить не сможешь. Ладно, купили. На следующий день приезжаем и дико удивляемся – почти весь зал забит не детьми, а взрослыми мужиками. Мы с другом протелились в буфете, стояли в дикой очереди за «Фантой» – она тогда как раз только-только в Москве появилась – опоздали к началу и сидели в проходе на ступеньках. И всё равно счастья было – полные штаны. Ибо – настоящий полнометражный мультфильм!

Так что я призываю тех, кто говорит, что в СССР советские люди могли смотреть много хороших советских фильмов, быть несколько аккуратнее в своих утверждениях. Увы, но не могли советские люди смотреть фильмы Гайдая, Рязанова, Данелия, Бондарчука и т.д., и т.п. когда им вздумается. Не было такой возможности. Любой фильм появлялся, крутился несколько месяцев, а потом оставался только в памяти народной и расходился по стране в виде цитат. Ну и, конечно, иногда редкие фильмы того же Гайдая или Рязанова показывали по праздникам по ТВ. Отчего, понятное дело, праздник становился ещё более праздничным.

Но в целом, увы, ситуация с кинотеатрами, вернее с их содержимым, всегда была удручающей. А уж что началось, когда взошёл Костя Черненко – это вообще ужас. Такого серого уныния не было, наверное, никогда до него. Впрочем, и в более или менее весёлый брежневские времена порой смотреть было нечего, кроме очень посредственных фильмов «ни о чём».

Вот такой он был – советский кинопрокат. Ужасный и беспощадный. Умудрявшийся при обилии очень хороших отечественных картин постоянно держать советского зрителя на голодном пайке. И совершенно удивительно, почему, обладая таким огромным архивом, Госфильмофонд советского зрителя, прямо скажем, не баловал. Ну кому был бы вред оттого, что, скажем, в любое время в какой-то части советских кинотеатров шли полюбившиеся зрителю старые фильмы Гайдая, Данелия, Рязанова и т.п. режиссёров. Ведь в той же Москве сколько было кинотеатров? Ну, допустим, 50 (может больше). И, скажем, пусть бы в каждом из них шло по какому-нибудь фильму из «золотой коллекции» – это каждую неделю советский зритель мог бы выбрать для себя любой из 50 лучших старых советских фильмов. На следующей неделе ещё 50 и т.д. При этом в этих же кинотеатрах можно было пускать 2-3 новых фильма. Кому от этого был бы вред?

Я думаю, ту дело вот в чём. Как известно, СССР был страной, которая постоянно искажала историю – как мировую, так и свою собственную. Поэтому очень трепетно относилась к хранению разного рода фото- и кинодокументов. Ибо в любой момент любой документ могло понадобиться уничтожить или сфальсифицировать (например, убрав какого-нибудь деятеля с фотографии).

Спрашивается: ну что там может такое случиться с какой-нибудь комедией типа «Иван Васильевича»? А не скажите. В фильмах снимаются актёры, а актёры – народ ненадёжный. Сегодня, например, какой-нибудь Савелий Крамаров – сознательный советский актёр, а завтра – рраз – и он уже уехал в США, предал советскую родину. И, стало быть, его имя надо из истории советского кинематографа вымарывать. Вот и представьте, как это будет накладно, если фильмы с Крамаровым идут в сотнях кинотеатров по всей стране. А если они нигде не идут, а единственная копия лежит на полочке в архиве, то там спокойно можно имя опального актёра вымарать и где-нибудь лет через пять показать по телевизору под праздник. Ляпота.

Или другой случай. Допустим, в 60-х годах снимают какой-нибудь фильм, скажем, какой-нибудь «33» или «Добро пожаловать», и руководство не видит в нём какого-то дополнительного – двойного, – смысла. А лет через 5-10 ситуация в стране меняется и уже обычные кадры воспринимаются как-то несколько двусмысленно. Да ну их к лешему от греха подальше. Пусть лучше себе на полке в госархиве пылятся. В народной памяти шутки останутся. А подозрительные кадры и реплики – нет. Очень удобно.

Новости партнеров

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>