Гараж особого назначения

Гараж особого назначения

Летний проект Николая Лушина из Мышкина — это его гараж, который разросся до музея и вытеснил с участка у родительского дома коз и часть грядок.

Что такое гараж для настоящего мужчины, который еще помнит времена, когда с техцентрами было туго? Клуб, склад, средство самовыражения. Фото: Аркадий КолыбаловЧто такое гараж для настоящего мужчины, который еще помнит времена, когда с техцентрами было туго? Клуб, склад, средство самовыражения. Фото: Аркадий Колыбалов Что такое гараж для настоящего мужчины, который еще помнит времена, когда с техцентрами было туго? Клуб, склад, средство самовыражения. Фото: Аркадий Колыбалов
Зимой «Старый гараж» пустеет, как и огород. Выкопают картошку, начнутся осенние дожди, а туристические круизы по «Золотому кольцу» закончатся, и индивидуальный предприниматель Лушин закроет свой маленький бизнес до следующего лета. Но сейчас сезон в разгаре. Интуристы осматривают (единственный в мире!) Музей мыши и слушают, как ростовые куклы горланят под фонограмму «У самовара я и моя Мыша». Любители более тонких презентаций и недавней советской истории идут к Лушину. Он замечательно рассказывает про «Эмки» зловещего 1937 года выпуска и послевоенные «Победы», про «Явы», «инвалидки», лупоглазые автобусы, военные полуторки…

Грядки и «барахло»

— У вас ностальгия по советскому? — пытаюсь вывести Лушина из того вальяжного состояния, в котором он встречает нас у ворот своего дома. Высокий и красивый как Садко из советского фильма. И получается.

— Причем тут советское? Это гордость за величие страны! После такой войны выпустили «Волгу», которая на Брюссельской международной выставке 1958 года гран-при получила, а «Москвичи» с заводской комплектацией в ралли участвовали. Сейчас что? Мотоциклы у нас китайские, либо японские. Свои только «уралы». Вот из-за этого и ностальгия…

Музей, крыльцо дома, будка с гавкающей на раскаты грома дворняжкой Тихоном и цветущая картошка — все это находится в двух метрах друг от друга. Музей как бы обхватывает огород по периметру. Кто хочет посмотреть, что за лук и морковь выросли в этом году у Колиной мамы, тоже добро пожаловать — для удобства сделаны деревянные настилы.

«Как ты свои гряды пустила под это барахло?» — до сих пор недоумевают материны подруги. Сама эта стоическая женщина лишь мелькает в окошке за занавеской и наотрез отказывается фотографироваться, так ей надоели туристы. Но чтобы там ни говорили местные бабуси, «пунктик» ее сына уже приносит доход. У него ИП и договор с Центром туризма. Сверхприбыльным проектом музей, конечно, никогда не станет. Пока все сборы идут на ремонт экспонатов и расширение экспозиций, но хозяин уверен, что у гаража есть потенциал, планирует в будущем году открыть фотозону, брать небольшую плату с неорганизованных туристов.

Свое увлечение он называет гаражным краеведением: через историю техники рассказать историю города и страны.

«Железяки» (запчасти, колеса, инструмент, кованные гвозди), какие-то черепки, дорожные чемоданы, бидоны, радиоприемники, печатные машинки… Ни одной свалки не пропускал, ни одного чердака в заброшенном доме, а их, почерневших, заросших внутри бурьяном, на берегу Волги, к сожалению, до сих пор полно. Впрочем, мама колина оказалась человеком умным: не спорила, все складировала в угол, при случае потихоньку выкидывала. Но когда в ход пошли мопеды и мотоциклы, избавляться от них незаметно стало сложно.

Вернулся из армии — предложили отремонтировать легендарную «трехтонку» ЗИС-5 и полуторку. Приведенные в порядок грузовики приняли участие в параде на 9 мая, а Лушин, можно сказать, мальчишкой стал зав. автопарком мышкинского народного музея.

«Эмка»-разлучница
Что такое гараж для настоящего мужчины, который еще помнит времена, когда с техцентрами было туго? Клуб, склад, средство самовыражения. Через забор начали заглядывать любопытные. И у частного «музея в огороде» появилась своя философия.

— История должна быть тактильной. Ее потрогал, в руке подержал — и в башке насмерть заклинило: вот как люди жили, — кивает Лушин на уголок, посвященный «Керосиновой лавке» (керосин в Мышкине долго был очень актуален).

— О! Бутылка из-под самогонки! — беру в руки.

— Не из-под самогонки, а из-под керосина, — с добрым легким «оканьем», но ворчливо. Дотрагиваюсь до алюминиевой трубы, опущенной в бочку, и вспоминаю: в Крыму такой штукой качали на продажу подсолнечное масло и керосин.

— Вы спрашиваете, в чем смысл и счастье! За каждой вещью находишь чью-то судьбу. Дерн снимал — обнажилась старая мостовая. Она XIX века. Между нашим домом и домом купцов Сицковых был так называемый прогон на соседнюю улицу. Люди руками эти булыжники укладывали, водяная отмостка нужна была. Вот вам живая история. Это же открытие, адреналин!, — излагает коллекционер свой рецепт от депрессии. — Приезжают к нам из столиц, бухтят на жизнь. Но согласись, можно бесконечно хаять правительство, американцев или еще бог знает кого! Да возьмись за то, что приносит удовольствие, и начинай это дело развивать: рано или поздно выстрелит.

С «Эмкой» у Лушина связана семейная драма. На покупку «М-1» ему пришлось взять огромный для начала 2000-х кредит — 50 тысяч

«Фанатизм»! Основательный и серьезный Лушин, не задумываясь, отвечает на вопрос, что нужно, чтобы человек в провинции, на бюджетной зарплате и с семьей на шее взялся за такой бизнес. Кто, если не фанат, станет две недели нянчиться с движком, который нашли в грязной луже, отмывать, ремонтировать, а потом, когда, наконец, запыхтит, говорить, что он живой, «скотинка» благодарная? Какая уж тут идеология? Советское-несоветское?

— И приходят сюда в основном те, кто «фанатеет», — Николай забирается в уютное седло тяжелого Урала М-67. — Такие мотоциклы у многих ностальгию вызывают. Но мне все экспонаты по-своему дороги.

Аккуратненькая легковушка ГАЗ М-1 1937 года выпуска — начало коллекции Лушина. По его мнению, она была первой, построенной на Горьковском автозаводе без помощи американцев, не копия. Впрочем, с уточнением: «Линия была куплена у «Форда», но М-1 1937 года — это наш автомобиль!»

С «Эмкой» у Лушина связана семейная драма. На покупку «М-1» ему пришлось взять огромный для начала 2000-х кредит — 50 тысяч. Такое было слишком даже для супруги Николая, потомственного музейщика и дочки известного далеко за пределами Мышкина краеведа. Семья напряглась и затрещала по швам.

Фото: Фото Aspen Import Auto
Раритеты с «кладбища автомобилей» распродают за бесценок
— На какой-то момент мы расстались, — хмуро, отвернувшись от диктофона, досказывает сюжет с первым экспонатом. — Но все вернулось на круги своя.

К слову, «Эмка» за эти годы сильно выросла в цене. Этих машин 30-х годов осталось очень мало, и коллекционеры за ними гоняются. Цена той, которая чуть не стала камнем раздора в семье, сейчас под миллион.

— Охрана здесь есть? — спрашиваю, оглядываясь на невысокий забор.

— Я сам себе охрана. Видеонаблюдение есть. А потом что мы в гараже не найдем лом, топор, кувалду? Но думаю, что до этого не дойдет.

Летчик с гармошкой
Рядом с «Эмкой» — Володя Ульянов, гипсовый и кудрявый. В экспозиции «Старого гаража» есть несколько скульптур. Они тоже символы эпохи великой и абсурдной. Ленина нашли в груде битого хлама в старом пионерском лагере. Две недели он «прожил» на лестничной клетке в многоэтажном доме у друга Лушина. Когда жена взбунтовалась от такого соседства, статуя перекочевала в гараж.

В 60-е годы минувшего века Мышкин, считает коллекционер, вообще чуть не погиб для любителей дореволюционной старины: власти решили одарить город парковыми скульптурами. Их привезли целую кучу, по запчастям — руки, ноги, головы. И уже на месте начали собирать.

— Была доярка, а к ней две левые руки. Получилась странно изогнутая женская фигура. Чтобы как-то оправдать ее позу, ей в руки вставили таз. Был летчик, который после сборки оказался с гармошкой. Про него забыли, провалялся в канаве до 90-х. Но одна фирма шиномонтажа решила использовать его в рекламе: мол, гармошку отобьем, а на ее место вставим покрышку… Отбили вместе с руками и выбросили. Летчик открывает у нас маленькую экспозицию, посвященную Ярославскому шинному заводу, — вдохновенно рассказывает Лушин.

Экспозиция — это громко сказано, однако кто понимает, тот оценит: колесо на оснастке авиационных колес послевоенного самолета, у другого — съемный протектор, такого нет даже в заводском музее. У Николая собрана техническая литература 30-40-х годов, он много чего знает, в молодые годы «тусовался» с ветеранами. В Угличском районе было несколько старых водителей-фронтовиков: ездил к ним, записывал, переснимал довоенные фото.

Но в любой коллекции есть свои белые пятна. Это особая песня — рассказ коллекционера о несбывшихся надеждах.

— Какую машину для коллекции вы дольше всего искали, договаривались, добивались?

— Ее здесь нет, — в голосе неудовлетворенность охотника, упустившего дичь. — Город Рыбинск, капитан теплохода. У него два «Виллиса» времен Великой Отечественной было. Мы уговаривали. Денег предлагали. Различные варианты обмена. Никак. А автомобили просто гнили в огороде. Одна машина уже полностью вросла в землю. А та, которая стояла в сарае, опустилась на брюхо. Так нам их и не отдали.

— Почему?

Тоже, говорит, «сумасшедшинка», фанатизм. Когда просят, не отдадим. А когда-нибудь потом продадим за миллионы, озолотимся. Но машины, как и люди, нуждаются в любви.

Про правильный музей
Про Мышкин в последние годы пишут, как про очень удачный туристический проект с умной раскруткой. В самый маленький в Ярославской области провинциальный городок с шестью тысячами населения стали заходить теплоходы, открылось 20 музеев, на причале идет бойкая торговля, принимают путешественников отели. И этот прорыв связывают с именем тестя Лушина Владимира Гречухина, который с детства мечтал о таком городском музее, чтобы о Мышкине заговорил мир. Дмитрий Лихачев, с которым он переписывался, помог краеведу разработать модный бренд «МышЪгород».

Фото: «Анапское черноморье» в «ВКонтакте»
Житель Анапы создал из «Москвича-401» уникальный автомобиль
— Ваш тесть фактически «раскрутил» и Мышкин с его 20 музеями?

Лушина, который состоит в градостроительном совете и надеется противостоять китчу, который потихоньку приживается в городе, даже обижает такая постановка вопроса. Тесть, считает он, ничего не раскручивал, не пиарил, а просто долгие годы честно и с любовью выполнял свою работу краеведа. Бесконечные плюсы, которые несет городу придуманная история про мышиное царство, не так уж и очевидны.

— Мышкин из-за этого теряет свой исторический облик, — говорит о больном. — Потому что запрос на раскрученный супертуристический город лишает его индивидуальности. Я не скрываю, что против современной набережной. Против плитки на Успенской площади. Сделали маленький Музей мыши, и этого было достаточно. Слава нас опередила, а запрос на балаган востребован. На этом зарабатываются деньги. Но это не история города. И не то, что мне близко. Мышкину нужна серьезная музеефикация.

«Как ты свои гряды пустила под это барахло?» — причитают материны подруги. Но чтобы там они ни говорили, «пунктик» Лушина уже приносит доход Фото: Аркадий Колыбалов
Блиц
Самый запомнившийся посетитель?

Николай Лушин: Пришла старушка и говорит: «Меня на такой полуторке увозили из блокадного Ленинграда».

Самые дорогие отечественные авто?

Николай Лушин: Это ГАЗ-13 «Чайка», ГАЗ-12, ЗИС-101, ЗИС-110, вот такие. Они действительно стоят бешеных денег. Например, ГАЗ-13 «Чайка» правительственная, — порядка 10-13 миллионов в зависимости от степени сохранности, реставрации и истории, которая за ней есть.

Куда поедете в отпуск?

Николай Лушин: Я не знаю, что такое отпуск. Мне он не нужен. Когда чувствую, что устал, сажусь в свой старый УАЗик-«буханку» и еду куда-нибудь по селам, по весям. Может быть, заодно найду что-нибудь интересное.

Новости партнеров

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>